Tuesday, July 8, 2025

Рав Сакс. гл.Балак. "Меж народов не будет числиться".

На дворе 1933 год.  Двое евреев сидят в венской кофейне и читают новости. Один читает местную еврейскую газету, другой — печально известное антисемитское издание Der Stürmer. 
«Как вы вообще можете читать эту отвратительную чушь?» — говорит первый. Второй улыбается. «Что пишет ваша газета? Дайте угадаю: «Евреи ассимилируются». «Евреи спорят». «Евреи исчезают». Теперь позвольте мне рассказать вам, что пишет моя газета: «Евреи контролируют банки». «Евреи контролируют СМИ». «Евреи контролируют Австрию». «Евреи контролируют мир». Мой друг, если вы хотите хороших новостей о евреях, всегда обращайте внимание на антисемитов».
Старая и горькая шутка. Но в ней есть смысл и история, которая разворачивается в этой недельной главы Балак. Некоторые из самых прекрасных слов, когда-либо сказанных о еврейском народе, были сказаны Биламом:
«Кто может сосчитать прах Яакова... Да будет мой конец подобен их концу! ... Как прекрасны шатры твои, Яаков, жилища твои, Израиль! ... Звезда выйдет от Яакова, скипетр поднимется от Израиля».

Билам - недруг евреев. Не сумев проклясть их, он в конце концов придумал план, который сработал - посоветовал моавитянкам соблазнить израильских мужчин, а затем пригласить их принять участие в их идолопоклонническом поклонении - и стал народ блудодействовать с дочерьми Моава. Всевышний навел мор на народ Израиля, поразив 24000 человек. 

Раввины считают Билама одним из четырех не царских людей, упомянутых в Танахе, которым отказано в участии в Грядущем Мире (Сангедрин 90а). Почему же тогда Всевышний решил, что Израиль будет благословлен Биламом? Конечно, есть принцип Мегалгелим зехут аль йедей закай: «Благое происходит через добрых людей» (Трактат  Йома 4:12). Почему же слова благословления евреев пришли от их врага?

Ответ кроется в другом принципе, впервые изложенном в Притчах (27:2): «Пусть хвалит тебя другой, а не уста твои; посторонний, а не язык твой». 
Танах, возможно, является наименее самовосхваляющей национальной литературой в истории. Евреи предпочли записывать для истории свои недостатки, а не свои достоинства. Поэтому было важно, чтобы их похвала исходила от постороннего человека, и того, кто, как известно, их не любит. Моисей упрекал народ. Билам, посторонний, хвалил их.

Но каково же при этом значение одного из самых известных описаний народа Израиля:
«Вот народ, живущий отдельно, не числящийся между народами».  (Бамидбар 23:9)

Я выступал против интерпретации, которая стала популярной в наше время, а именно, что судьба Израиля — быть изолированным, без друзей, ненавидимым, заброшенным и одиноким, как будто антисемитизм каким-то образом вписан в сценарий истории. Это не так. Ни один из пророков этого не говорил. Напротив, они верили, что народы мира в конечном итоге признают Бога Израиля и придут поклоняться Ему в Иерусалимском Храме. Захария (8:23) предвидит день, когда «десять человек из всех языков и племен крепко возьмутся за край одежды одного иудея и скажут: «Позволь нам пойти с тобою, ибо мы слышали, что с тобою Бог». В антисемитизме нет ничего предопределенного, предопределенного.

Что же тогда означают слова Билама: «Вот народ, живущий отдельно, не числящийся между народами». Ибн Эзра говорит, что имеется в виду, что в отличие от всех других наций, евреи, даже будучи меньшинством в нееврейской культуре, не будут ассимилироваться. 
Рамбан объясняет, что их культура и вероисповедание останутся чистыми, а не космополитической смесью множества традиций и национальностей. 
Раби Нецив дает резкое толкование, явно направленное против евреев его времени, что «Если евреи будут жить самобытно и отдельно от других, они будут жить безопасно, но если они будут стремиться подражать «нациям», они «вообще не будут считаться» чем-то особенным».

Однако есть и иная мысль, на которую намекнул известный антисемит Гилберт Честертон, которого я уже упоминал в парше Беаалотха. Честертон писал об Америке, что это «нация с душой церкви» и «единственная нация в мире, основанная на вероучении». Это, по сути, именно то, что отличает Израиль. И, как отметили историк Перри Миллер и социолог Роберт Белла, политическая культура Америки, глубоко укоренена в идее библейского Израиля и концепции завета. Древний Израиль действительно был основан на символе веры и, как следствие, был нацией с душой религии.

Мы обсуждали в Беаалотхе, как раввин Соловейчик разбил два способа, которыми люди становятся группой, будь то лагерь или община. Лагеря сталкиваются с общим врагом, и поэтому группа людей объединяется. Если вы посмотрите на все другие нации, древние и современные, вы увидите, что они возникли из-за исторических случайностей. Группа людей живет на земле, развивает общую культуру, формирует общество и, таким образом, становится нацией.

У евреев, безусловно, начиная с вавилонского изгнания и далее, не было ни одного из общепринятых атрибутов нации. Они не жили на одной земле. Некоторые жили в Израиле, другие в Вавилоне, а третьи в Египте. Позже они были разбросаны по всему миру. У них не было общего языка повседневной речи. Существовало множество еврейских наречий, версий идиша, ладино и других региональных еврейских диалектов. Они не жили под одним и тем же политическим управлением. Они не разделяли одну и ту же культурную среду. И их судьба была разной. Несмотря на все их многочисленные различия, они всегда считали себя и воспринимались другими как одна нация: первый в мире, и долгое время единственный в мире - народ мира.

Что же тогда сделало их нацией? Это был вопрос, который задал раввин Саадия Гаон в десятом веке, на который он дал знаменитый ответ: «Наша нация является нацией только в силу своих законов, установленных Торой». Они были народом, определенным Торой, как нацией под суверенитетом Бога. Получив свои законы еще до того, как они вошли в свою землю, они оставались связанными этими же законами, даже когда они потеряли землю. В истории ни какой другой нации такого никогда не было.

Уникально то, что в иудаизме религия и государственность совпадают. Существуют нации со многими религиями: многокультурная Британия — одна из многих. Есть религии, управляющие многими нациями: христианство и ислам — очевидные примеры. Только в случае иудаизма существует однозначная корреляция между религией и государственностью. Без иудаизма не было бы ничего (кроме антисемитизма), что объединяло бы евреев по всему миру. Но без еврейской нации иудаизм перестал бы быть тем, чем он всегда был - верой людей, связанных узами коллективной ответственности друг перед другом и перед Богом. 
Билам был прав. Еврейский народ действительно уникален.

Поэтому нет ничего более ошибочного, чем определять еврейство, как просто этническую принадлежность. Если этническая принадлежность, это форма культуры, то евреи, это не одна этническая принадлежность, а множество. В Израиле евреи, это ходячий лексикон почти каждой этнической принадлежности под солнцем. Если бы этническая принадлежность было лишь  обозначение расы, то обращение в иудаизм было бы невозможным (вы не можете обратиться, чтобы стать европеоидом; вы не можете изменить свою расу по своему желанию).

Что делает евреев «народом, живущим отдельно, между народами не числящимся», так это то, что их государственность не является вопросом географии, политики или этнической принадлежности. Это вопрос религиозного призвания, как партнеров по завету Бога, призванных быть живым примером нации среди народов, отличающихся своей верой и образом жизни. Потеряв это, мы потеряем то единственное, что было и остается источником нашего исключительного вклада в наследие человечества. Когда мы забываем об этом, к сожалению, Бог устраивает так, чтобы такие люди, как Билам и Честертон, напоминали нам об обратном. Нам такое напоминание, надеюсь, не нужно.